Женя Дудник: «Ирине Верещук я предлагал еще один предвыборный ролик — с женщиной-кошкой»

отbrondware

Фев 15, 2021

Женя Дудник, экс-генпродюсер телеканала «Наш», режиссер. Фото: Страна

В день отключения трех ключевых информационных телеканалов ZIK, NewsOne и «112» на медиа-рынке произошло еще одно знаковое событие: с поста генпродюсера телеканала «Наш» ушел Евгений Дудник. Он занимался телеканалом с момента старта проекта. А до того имел отношение к запуску телеканалов «112» и NewsOne.

Мы встретились с Дудником спустя почти две недели после того, как три канала заблокировали. В интервью «Стране» режиссер и продюсер описал свой последний разговор с собственником телеканала «Наш» Евгением Мураевым, рассказал почему ушел и как это связано с запретом трех телеканалов.

Также он объяснил, почему так и не был опубликован скандальный ролик с летающей над Киевом Ириной Верещук в образе Мэри Поппинс, создателем которого он был. И даже спел «Стране» песню из этого предвыборного видео.  — Что вы думаете об отключении трех телеканалов?  — Я испытываю волнение и тревогу, потому что я рос вместе с этими каналами, у меня там уйма друзей. Я сопереживаю коллегам. В 2013 году появился «112», мы в ноябре вышли в эфир. Я лично присутствовал в момент запуска канала на спутнике. Я только пришел работать на телевидение. А в ноябре произошёл саммит в Вильнюсе — первый эфирный день телеканала 112. Полтора года мы работали там, потом переформатировался и заново запустился NewsOne в 2015 году. В 2018 год – был создан канал «Наш». Часть команды ушла делать «Прямой» — тоже информационный канал.  — Как вы считаете, эпоха информационных каналов подходит к концу? Или еще нет? — Показатели говорят об обратном – есть интерес зрителя. Информационное вещание всегда будет востребовано, потому что людям по природе интересно разбираться во всем, что происходит. Они же вещают круглосуточно, и ночью только показывают повторы. А с 7 утра до 12 ночи — прямой эфир. Возможно, его стало даже слишком много, произошло перенасыщение. Путем такой жестокой селекции сейчас все меняется. Но не думаю, что это конец эпохи. Возможно изменится форма информационного вещания.  — По рынку ходит слух, что на базе трех закрытых телеканалов будут создавать один новый. У канала есть финансирование, придумана форма собственности, в которой будут участвовать журналисты, как на «1+1». — Как и на «Нашем». Я там тоже являюсь одним из учредителей, имею миноритарную долю. Но сейчас это прекратится. — Вам поступали предложения от нового канала? — Нет. Думаю, там достаточно своих профессиональных менеджеров.  — Каким должен быть новый телеканал, чтобы он «выстрелил»? — Во-первых, нужен качественный продукт. А во-вторых, канал должен быть видимым. Нужно большое покрытие сигналом в кабельных, спутниковых, цифровых сетях. В этом определенное время была проблема канала «Наш». Ты можешь сделать тройное сальто назад и взять интервью у Дональда Трампа неожиданно в среду. Но какой в этом смысл, если этого никто не увидит? Люди просто не долистывают до канала. Тут два элемента: привыкание зрителя и выгодное расположение в списке каналов, рядом с уже раскрученным каналом. Быть в первой десятке — вообще вышка. Это определяют провайдеры, а размещением занимаются специальные менеджеры канала.

Для нового телеканала большая сложность проделать именно эту работу. На «Нашем» мы добивались этого два года, кровью и потом.

— Что еще должно быть такого в контенте нового телеканала, чтобы сейчас он имел успех?  — Он должен быть конфликтным. Существовать в столкновении позиций. На NewsOne, кстати, такого не было. У него было несколько момента сильного рейтингового взлета. Первый — когда пришел ведущий Матвей Ганапольский и начал делать вечернюю программу. Такого формата ни у кого не было — шоу стало резонансным.  — А второй? — Прорыв границы Михаилом Саакашвили. Когда всем телеканалам запретили это показывать — транслировал это только NewsOne. И еще был третий пик роста у канала — когда стартовал «Украинский формат». Удачное было время. Савика Шустера в стране нет, политические ток-шоу на других каналах есть, но не вызывают живого интереса. И тут врывается NewsOne, с потрясающим красным оформлением студии, с невероятным названием «Украинский формат», который ведут Василий Голованов и Тигран Мартиросян. Где на одном из первых эфиров дебатируют Саакашвили и Рабинович – это с точки зрения телевизионной технологии мегакруто.  — Возвращаясь к вопросу о формуле успеха – телеканал в любом случае должен быть оппозиционен к власти, чтобы иметь высокие рейтинги? — Необязательно. Он должен быть конфликтным. Чтобы зрителю было интересно смотреть.  — А как тогда объяснить высокий рейтинг канала «Прямой», который запустился при президентстве Петра Порошенко? — Он вырос в рейтингах, когда Порошенко перестал быть президентом. В начале у него были невысокие рейтинги. Канал взлетел, когда стал оппозиционным к власти. Если говорить прямо, действительно сложно хвалить власть в прямом эфире. Как это будет выглядеть? Говорить, как все классно? А зрители такие смотрят в холодильник и на платежки и говорят — да нет, не классно. Люди вообще любят драматизировать любые проблемы. Правильная драматизация событий тоже дает высокие рейтинги.  — По этой логике, у будущего нового есть высокие шансы стать успешным?  — Думаю, да. — За счет его оппозиционности?  — В том числе. Хотя есть и другие оппозиционные каналы. Например, оппозиционным остается телеканал «Наш». И его рейтинги взлетели после блокировки трех телеканалов, которые — так сложилось, — были основными конкурентами «Нашего». «Наш» сейчас один из первых информационных каналов в стране. «Наш», «Прямой» и «Украина 24» сейчас борются за лидерство.

В чем феномен? Когда эти три канала пропали, люди были вынуждены поклацать пультом и найти то, что более-менее похоже на тот контент, который они раньше смотрели. Они искали привычных героев, и увидели их тут. Благодаря такому стечению обстоятельств зрителей на «Нашем» прибавилось.  Большая часть аудитории закрытых каналов перетекает на телеканал «Наш». Они похожи по риторике и спикерам, которые ходят в эфиры. Это топ-лица страны. А тот же телеканал «Прямой» не приглашает в эфир много людей. Телеканалу «Наш» очень повезло. Символично, что я ушел именно в тот день, когда это произошло.  — Почему символично? — Я понимал, что так будет.

Женя Дудник интервью Страна.ua

Женя Дудник, фото: Страна

— Так почему вы ушли с «Нашего»? И почему именно в тот день?  — Причина в том, что я иначе вижу концепцию развития канала, чем собственник.  — То есть у вас были разногласия с Евгением Мураевым?   — Я отстаивал свои идеи. Но когда произошла блокировка телеканалов, собственник решил, что у канала и так все будет хорошо. Тактически это, может, и верно. Но стратегически – ошибка. — То есть решение уйти вы приняли после того, как закрыли три канала-конкурента? — Формально — да. Ночью канали отключились. На следующий день я снова поднял вопрос развития канала на будущий год. Мне, непрямо дали понять — мол, сейчас это неактуально, к нам и так придут зрители. Ну, а раз так — то без меня.  — А что такого вы предлагали, чего не было раньше? — Не могу рассказать. Я подготовил подробную презентацию в виде книги на 140 страниц. Много идей, но не хочу их сейчас оглашать — может, я их еще где-нибудь в другом месте это реализую.  — Вы мирно расстались с собственником канала «Наш»? — Если вы расстаетесь, как и в любых отношениях, невозможно остаться друзьями. Вы поссоритесь. Нельзя просто пожать друг другу руки и сказать «пока». В ходе последнего разговора всплыли некие вещи, из-за которых я просто встал и ушел из-за стола. Собрал вещи из кабинета, ушел и не планирую возвращаться.  — То есть вы все-таки плохо разошлись? — Не то чтобы плохо… Скажем так — не как близкие друзья, какими мы позиционировали себя раньше.  — Не жалеете об уходе? — Нет. Все, что мог, я уже сделал на этом канале. Я в 25 лет стал генеральным продюсером, много работал и многого добился. Мы стали первыми в Киеве — это очень сложный регион. И сейчас мы фактически первые в Украине. Два года мы усердно работали над контентом, и когда выпал случай и конкуренты закрылись, мы забрали пальму лидерства. Но этот успех случился не сегодня — к этому мы долго шли. Я много сделал, а делать больше мне тут не дадут.  Жалею только об одном.

— О чем?

— Что это совпало по времени с закрытием трех телеканалов. Многие связывают мое увольнение с тем, что началось давление на канал «Наш». Хотя это не связано. Я таких митингов прошел десятки, и намного раньше. NewsOne вообще блокировали, я не мог выйти из канала, это было намного жестче. А сейчас я просто хочу идти дальше и создавать классные креативные вещи где-то еще.  — Есть ли у вас уже предложения от других телеканалов?  — Я сейчас веду переговоры, есть предложения от центральных и информационных телеканалов.  — Среди них есть представители заблокированной тройки телеканалов? — Нет.  — А помимо тв-проектов, чем планируете заняться? — Я режиссер. Я придумываю и снимаю рекламу. Сейчас подумываю над запуском нескольких YouTube проектов — не политических. У меня есть своя бесплатная медиа-школа KuKa. Стартовал уже второй набор, 74 человека — будущие телевизионщики: режиссеры и телеведущие/журналисты.  — А зачем вам медиа-школа? — Я даю молодым ребятам шанс попасть в профессию. Где-то же этот случай у них должен случиться. И я, создавая эту тусовку, просто генерирую для них встречи с медиа-людьми, которые могут дать им дорогу в профессию. Потому что именно так, благодаря счастливому случаю, в свое время на телевидение попал я. — Как это было? — Я был гостем на дне рождения жены продюсера Алексея Семенова. Она была моей одногруппницей. Я был в костюме Есенина, читал стихи, учился в театральном институте. В какой-то момент я выпил, подошел к Леше и сказал, что хочу работать на телевидении. Хотя я тогда ничего не понимал о телевидении. Но у меня был плюс: Леша видел мой спектакль. На третьем курсе в институте мы ставили «Поминальную молитву» Григория Горина: 3,5 часа спектакль, больше 50 актеров — в общем, масштабная работа.  — Что сказал Семенов? — «Я подумаю». Потом я еще долго ему звонил, доставал его, готов был делать все бесплатно. Сначала меня взяли просто кем-то, и по чуть-чуть я выгрыз право быть режиссером. И вот сейчас для молодых ребят я пытаюсь создать некий «день рождения», где они смогут встретить Лешу Семенова. А дальше — все в их руках.

Женя Дудник, фото: Страна

— Переманивание ключевых сотрудников каналов часто воспринимается как способ их развалить. Уход с NewsOne Голованова и Влащенко с ZIK был частью плана с целью ослабить каналы перед закрытием? — Это конспирология. Они забирали журналистов, не чтобы разрушить NewsOne, а чтобы усилить себя. Рынок узкий, профессионалов на этом рынке — Х-количество. Если открывается новый канал, конечно, ему выгодно переманить топового ведущего. Это конкуренция, так устроен медиа-рынок. В то же время, с уходом одних топ-лиц появляются возможности у других. В том числе Диана Панченко, которая сейчас сияет на NewsOne, была когда-то ведущей дневного лайфа. Она воспользовалась шансом и выросла. Это не глобальный заговор по уничтожению канала. Просто рынок.  — Как вы оцениваете реакцию части коллег на блокировку трех телеканалов? Многие это поддержали.  — С точки зрения журналистики, все должно развиваться естественно. То, что произошло с ZIK, «112»  и NewsOne – неестественно. В один день по щелчку их просто кто-то запретил. Это неправильно. Рынок так не развивается. Это его скорее ослабляет, чем усиливает. Диана Панченко не убила трех своих конкурентов, чтобы стать лидером. Она органически росла, улучшаясь от эфира к эфиру, и стала тем, кем стала. Но я на медиа-ругань реагирую спокойно. Недавно прочитал в какой-то тупой мотивирующей книжке, что любой кризис – эпоха возможностей.   — Как оцениваете формирование «расстрельных списков» с личными данными сотрудников закрытых телеканалов? — Категорически плохо.  — Мы составляли альтернативный список – не расстрельный, а список «хамелеонов», которые ходили как гости на эфиры этих телеканалов, а потом «перекрасились» и поддержали их блокировку. Скажите как режиссер шоу – как журналисты должны себя вести по отношению к этим гостям в будущем? Приглашать ли их на эфиры? — Конечно, так переобуться – это странно. Но, с другой стороны, политика такая вещь – многие люди меняют свои взгляды, и достаточно категорично. И что теперь с ними делать? Как продюсер, я бы все равно приглашал этих людей в эфиры. Потому что нужно другое мнение. На шоу должны быть две конфликтующие стороны. Эти люди – в том числе инструмент влияния. Журналисты будут вынуждены их приглашать так устроено телевидение. Если только хвалить или только критиковать – будет скучно. А зритель уже по итогу полемики сделает свой вывод.  – Яркий пример – Олег Ляшко. Который переобулся уже дважды. В 2018 году он поддержал давление на NewsOne, а потом опять ходил на эфиры и каялся. И вот сейчас – Ляшко был в эфире в тот же день, когда телеканалы заблокировали. И уже спустя несколько часов записал видеообращение, где одобрил санкции. Избиратель даст этому оценку или забудет очередную политическую метаморфозу Ляшко? — Думаю, электорат уже запутался, кто такой Ляшко. Поэтому он и не прошел в Раду. А тут еще и появился другой Ляшко – главный санврач. Олег Ляшко, наверное, вообще был в шоке. Причем Ляшко – это же уже хештег. Как Жириновский в России. Не может быть второго Жириновского в политике. А тут – еще один Ляшко. Что?! Считаю, главный санврач Украины должен сменить фамилию и уступить ее Олегу Ляшко. Ляшко – это призвание, а не фамилия. Господин санврач Виктор Ляшко, если вы читаете это интервью, поменяйте фамилию. На «Мандела». И звучит, и есть история.  — Поговорим о ваших известных роликах. Например, последний ролик Добкина с кадрами Кернеса. Не кажется ли вам, что пиар на умершем человеке – это кощунственно? Было ли это уместно? — Я об этом не думал. По образованию я театральный режиссер. Я работаю с эмоциями людей. Я пытаюсь их заставить чувствовать что-то. В данном случае я работал с эмоцией сопереживания. Такая была цель. А кощунственно это или нет — пусть решает тот, кто в этом ролике снимается. Пока проблем никаких не было, с Добкиным мы отношения не разрывали. И не считаю, что ролик с Кернесом — кощунственно. Они с Добкиным дружили. Я же не придумал эти фразы — я взял их из интервью Кернеса. Двойная экспозиция — художественный прием, который использован в тысяче других работ. Совмещение двух реальностей. Уверен, многие сочли ролик классным. Я даже видел переделанные видео, где взяли старое видео Добкина с Кернесом и тоже поставили двойную экспозицию. Где Добкин убирает руку от лица и звучит голос Кернеса: «Вот нах@я ты руку убрал?!». Пусть это прозвучит нескромно, но семь лет работы на информационном телеканале я плотно соприкасался с политической повесткой. У меня было много грамотных учителей, в том числе политтехнологов. Например, Владимир Грановский. Так что я не считаю, что мои концепции роликов противоречат линии политтехнологов и работают в «минус». — А роликом с матерящейся Савченко вы не заминусовали ее? — Между прочим после выхода этого ролика мне в комментариях написал Артем Гагарин из «Квартала 95» и сказал: «А как тебе не стыдно было украсть идею у Зеленского? Это же он ругался матом в «Слуге народа»!» Так извините – Зеленский после этого ролика стал президентом.

— А Савченко президентом так и не стала …

— Может, и у Савченко был шанс. Она просто что-то не так сделала, не туда свернула. Ролики действительно похожи. Они вызывают эмоцию. И про этот ролик много говорили. А что минус в этом видео? Что Савченко ругается матом? Типа для кого-то это было секретом! Минус – это если бы она села на бутылку в этом ролике и рассмеялась. Это было бы тупо. А тут все четко. Там же все в ролике все объяснилось: политические события простым человеческим языком. На все эффектное легко повесить всех собак. Сказать, мол, мы проиграли на выборах из-за ролика. Нет — вы проиграли, потому что где-то ошибались, где-то не договорились. А ролик тянул вверх, но даже это просрали. 

[embedded content]

— Почему ролик с летающей над Киевом Ириной Верещук, который вы снимали, так и не появился в эфире?  — Ирина не захотела его выпускать. Возможно, ей показалось, что кадры со сьемок этого ролика вызвали слишком много резонанса. А выпуск ролика сыграет ей в минус. Не знаю почему. Я практически не обсуждал с ней это решение.  — Какая на старте стояла задача? — Сделать вирусный ролик. У меня уже был такой опыт с роликом для Надежды Савченко, которая ругается матом и говорит «Бабах». С Добкиным, который въезжает на мотоцикле. Верещук тоже обратилась за резонансом. И я этот резонанс придумал. Но не ожидал, что ролик станет резонансным еще до того, как будет опубликован. Так случилось, что кто-то сфотографировал нас в первый день съемок, где Ирина летает над Киевом, и понеслось.  — Ролик при этом публиковать запретили.  — Да. Но должен отметить с уважением к Ирине, что это прошло абсолютно спокойно. Лично я не считаю, что это минус. С точки зрения медиа-узнаваемости это большущий плюс. Публикация ролика была бы еще большим плюсом: говорите обо мне что угодно, но говорите. Это важно было для Ирины Верещук в мэрской кампании. Она бы могла этим роликом привлечь молодую аудиторию. Но, возможно, Ирина решила сохранить серьезный образ.   — В момент критики этого ролика вас обвинили в плагиате.  — Это бред. Мой ролик абсолютно другой. Визуально желтый жилет и зеленый зонт – похожи. Но так случайно вышло. В реальности мы отталкивались от образа Мэри Поппинс. Хотели сделать вирусный, но добрый ролик, с двумя песнями из этого фильма. Мы переделали в них текст и сделали новые аранжировки. В общем, в моей голове этот ролик имел все составляющие для того, чтобы стать реально крутым. Кто-то бы сказал, что это бред, кто-то бы лайкнул. И это то, что нужно! Даже когда просочились фото со сьемок, о Верещук говорили больше, чем о Кличко. И кстати, идея этого видео была не единственной. Я предложил еще пять, но их забраковали.  — Какие еще были варианты для ролика Верещук? — Расскажу об одном. Я хотел снять женщину-кошку, чтобы актриса делала сальто по крышам, и все это в стилистике «Бетмена». Женщина-кошка говорит: «Город погряз в грязи… Этому городу нужен герой». Камера отъезжает, а рядом стоит Ирина Верещук, грызет яблоко и произносит: «Нет, этому городу нужен мэр».  — Как на идею отреагировала Верещук? — Сказала: чересчур. А по поводу ролика с Мэри Поппинс, я считаю, видео должно было быть опубликовано хотя бы для того, чтобы закончить эту историю. Но — не хотят. И не будут, что по хорошему для меня плюс.

— В чем?

— Я теперь автор того самого загадочного ролика, который так и остался неопубликованным. Что же там было? Пусть все ломают голову. Я потом еще и в 90 лет сниму фильм — что же все-таки было в ролике Верещук? Как Матерацци.  — Как Матерацци? — Футболист, игрок итальянской сборной, который что-то сказал Зидану во время матча, а тот за это ударил Матерацци головой в грудь. Так вот Матерацци потом издал книгу «Что я на самом деле сказал Зидану». А там — тысяча вариантов фраз, которые он мог бы ему сказать. Это маркетинговый ход, но книга хорошо продавалась. Потом оказалось, он сказал ему что-то про его сестру.  — А нам вы можете этот ролик показать?  — Давайте я вам лучше его спою.  И Дудник спел. Ту самую песни из «Мэри Поппинс», которая вошла в видео-ролик Ирины Верещук, который так и не был опубликован: [embedded content] Источник: https://strana.ua/articles/interview/317806-pochemu-zhenja-dudnik-uvolilsja-s-telekanala-nash-v-den-blokirovki-kanalov-konkurentov.html

от brondware

Добавить комментарий